Исторический очерк масонства 8 страница

«Со смерти Густава III все шведские короли были масонами и являлись ревностными защитниками масонства».[159]

«В Вене существовала ложа с 1742 года; когда в 1745 году бр. Франц Лотарингский унаследовал престол, он покровительствовал масонству; в 1765 году он умер,[160]а Мария-Терезия была враждебна масонству и всячески преследовала масонскую пропаганду; зато муж ее относился к масонству дружелюбно. При Иосифе II масонство снова воспряло, и в 1784 году основалась в Вене великая ложа».[161]

Все реформы Иосифа II, — утверждает Нис, — никогда не имели бы места, если бы масоны не распространили свое влияние в Вене.[162]К этим словам почтенного масона остается только добавить, что реформы Иосифа II были гибельны для его страны.

Ныне масонство решительно работает над ниспровержением монархии Габсбургов.[163]

«В последнее время масонство имеет сильное сосредоточие в Венгрии. Согласно телеграмме из Будапешта 28 марта 1899 года в Венгрии находилась 51 ложа с 3.029 членами; великим мастером был статс-секретарь Иоанович».[164]

В начале XX века в Италии была основана «высокая вента» (Haute Vente) — высшая масонская группа, предназначенная вести борьбу с папою. С 1820 по 1846 год она наводить ужас на всю Италию. Во главе ее стоит некий сицилианский или итальянский князек, известный под псевдонимом Нубия, и еврейский банкир, носящий псевдоним Пикколо–Тигр. Вот как рисует их историк Кретино-Жоли:

«Нубий не достиг еще тридцати лет и находится в возрасте всевозможных увлечений и неосторожностей. Но у него столько лицемерия, смелости и ловкости, что даже теперь, когда все рычаги, коими он управлял, уже выскользнули из его рук, берет страх при виде адского искусства, проявляемого этим человеком в борьбе с верою народов. Этот итальянец, наполняющий ложи Италии, Франции и Германии славою своих подвигов, получил свыше все, что нужно для создание вокруг себя престижа. Он красив, богат, красноречив и проматывает свое золото так же легко, как прожигает свою жизнь. Он развратнее всех каторжников вместе взятых и собирает над своею главою чисто бесовскую силу».[165]

А вот портрет его сподвижника — Пикколо-Тигра:

«Деятельность этого еврея неутомима, и он, не переставая, колесит по всему миру с целью создать новых врагов Христовых. В 1822 году он играет крупную роль среди карбонариев. Его видят то в Париже, то в Лондоне, иногда в Вене, часто в Берлине. Повсюду он оставляет следы своего пребывания, повсюду он присоединяет к тайным обществам адептов, на нечестие которых он может рассчитывать. Для правительств и полиции он является продавцом золота и серебра, банкиром-космополитом, погруженным только в свои дела и торговлю.



Но если проследить его переписку, то этот человек окажется одним из самых ловких агентов подготовляемого разрушения. Он служит невидимою связью, соединяющей в один общий заговор все второстепенные «подполья», которые работают над уничтожением Христианской Церкви».[166]

До нас дошло довольно много сведений о «высокой венте», благодаря тому, что в 1846 году вся переписка руководителей этой масонской организации попалась в руки папского правительства и была издана на французском языке. Кретино-Жоли по поручению пап Григория XVI и Пия IX. В первой части нашей работы мы уже приводили два письма Пикколо-Тигра к своим последователям в Турине в 1832 году.

Копен-Альбанселли приводит еще следующие выдержки из писем членов «высокой венты»:

«Нами предпринято развращение народа через духовенство и развращение духовенства через нас, — писал один член «высокой венты».

Другой пишет: «мне сообщают из Рима, что двое из наших, известных своею ненавистью к христианству, принуждены были по приказанию высокого начальника причащаться на прошлой Пасхе». Еще один пишет: «известная часть духовенства идет на удочку наших учений с поразительной скоростью».

Наконец один масон поучает братьев:

«пускай духовенство идет под вашими знаменами, продолжая воображать, что идет под хоругвями главы апостольской Церкви.

Раскиньте сеть вашу к самым алтарям, опутайте ею семинарии и монастыри, окружите апостольский престол нашими друзьями. Тогда вы будете проповедовать революцию в митре и облачении, идущую с крестом и хоругвью в руках».

Папе Григорию XVI впервые явилась мысль издать попавшие в его руки масонские документы, дабы доказать, что, если католическая церковь в известных случаях и становилась в воинствующее положение, то только ради необходимой самообороны. Для этого он приказал отдать Кретино-Жоли документы, находившиеся в ватиканской библиотеке. Но как только об этом узнали, тотчас же были пущены в ход все тайные масонские пружины. Кретино-Жоли в своих мемуарах, опубликованных аббатом Мейнардом, рассказывает, что сам король Сардинии назначил ему тайное свидание, во время которого просил прекратить начатую работу по «Истории тайных обществ», как должна была называться книга Кретино-Жоли. Последний не согласился исполнить эту просьбу. Тогда король обратился к Пию IX, который в это время сменил на папском престоле Григория XVI. Между тем Кретино-Жоли отправился за документами к королю Неаполитанскому, но в Неаполе ему пришлось иметь дело с одним из карбонариев, который, приняв монашество, прошел в духовники короля и приобрел полную над ним власть. По настоянию этого карбонария король не только не дал Кретино-Жоли документов, но написал папе письмо, после которого Пий IX объявил несчастному историку, что по своей отеческой любви и по долгу государя запрещает выпускать в свет столь опасное издание, как его труд. Однако в 1849 году папский нунций в Париже убедил Кретино снова взяться за «Историю тайных обществ», показав ему депешу от кардинала Антонелли, который сообщал, что папа воспротивился изданию лишь временно, но что теперь он считает полезным привести в исполнение мысль Григория XVI. Кретино-Жоли опять принялся за работу, но вскоре снова был остановлен. На этот раз вмешался принц Людовик Бонапарт. С досады Жоли сжег свою работу, которая была уже почти закончена. Документы, которые он приводить позже в «Histoire du Sonderbund» и в «L'Eglise Romaine en face de la Revolution» — те же, которыми он пользовался при составлении сожженной «Истории тайных обществ».[167]



Хотя масонство я помогало создание единства Италии под скипетром Савойского дома, но только для того, чтобы добиться уничтожения светской власти папы. Теперь, когда это достигнуто, масонство обращается против Савойского дома и становится революционным, как и во всех прочих странах».[168]

Убийство короля Гумберта в 1900 году подтверждает это.

В «Rivista della Massoneria Italiana» (книжка июль-октябрь за 1899 год, стр. 181) приведено письмо великого мастера «Великого Востока Италии», еврея Эрнеста Натана к жене Дрейфуса, отправленное немедленно после приговора военного суда в Ренне: «Примите, сударыня, и передайте жертве сектантского заговора глубочайшее сочувствие итальянского масонства, которое надеется, что скоро истина воссияет и утешить вас от столь долгих страданий. Великий мастер Натан».[169]

Когда летом 1910 гада в Италию приезжал Рузвельт, то «Великий Восток Италии» устроил ему торжественный прием.

Великий мастер ордена благодарил Рузвельта за услуги, оказанные американскому масонству. Он напомнил, что итальянские масоны находятся в теснейшей связи с «Великим Востоком Франции». Отвечая великому мастеру, Рузвельт выразил живейшую радость, что мэром древнего Рима ныне состоит масон (т. е. еврей Натан).[170]

«Масоны в Италии теперь — такая сила, — пишет корреспондент «Нового Времени» (№ 12408), — с которою приходятся считаться. Это своего рода государство в государстве, каморра или мафия. Всем и каждому, кто желает добиться чего-нибудь в стране, играть роль, выдвинуться вперед, неудобно ссориться с масонами».

«Евреи, как и масоны, — пишет та же газета (№ 12399), — теперь высоко подняли голову в Риме и стараются проявить свое влияние. Один из последних, хотя не особенно важных фактов проявление его, это назначение молодой еврейской девицы Морнурго на место заведующего археологическими раскопками вечного города. Назначение совершенно неизвестной в ученом мире особы на такое исключительное по своему значению место, которое некогда занимали такие светила, как Роза и другие знаменитые археологи, зависело от Натана. Даже и в теперешнем равнодушном ко всему Риме это вызвало неудовольствие…

20 сентября 1910 года, в день годовщины вступление итальянцев в Рим, Натан произнес речь, в которой объяснял все успехи теперешнего Рима равнодушием современного общества к христианской религии, которую сравнил «с египетскими мумиями, рассыпающимися в прах от прикосновения со свежим воздухом». Ему, как масону, надобно было как всегда объявить христианство врагом культуры и прогресса».

XIII

В Испанию масонство проникло в начале XVIII века, как и повсюду, но инквизиция сильно стесняла там его развитие. Укрепилось масонство в Испании во время французского владычества, но Фердинанд VII по своем возвращении издал указ о запрещении испанцам вступать в братство «свободных каменщиков». В настоящее время масонство получило большую силу в Испании.

«Оно стремится там, — говорит Копен-Альбанселли, — низложить династию Бурбонов и заменить ее революционным и атеистическим правительством. Это решение было принято на Конвенте в 1902 году французскими и испанскими масонами. Автор покушение на испанского короля в день его бракосочетание оказался членом «современной школы», одного из важных испанских анархистских центров, директором которого состоит Ферреро. Этот Ферреро играет крупную роль в международном масонстве: из великой каталонской ложи в Испании («каталана волеар») он поддерживает самые тесные сношения с «Великим Востоком Франции». Политическая программа «Великой Каталонской ложи» — «ниспровержение испанской монархии».[171]

Знаменательно, что это было написано за два года до казни Ферреро, когда никто еще о нем не знал. Теперь всем будет понятна причина того невероятного шума, который был поднят, во всех странах по поводу казни этого человека.

Ныне в Испании масоны опять принялись за дело. При возвращении короля Альфонса XIII с похорон Эдуарда VII в Мадриде в него была брошена бомба. Ватикан произвел расследование по этому деду, о результатах которого кардинал Мерридель-Валь письменно сообщил самому королю. По словам итальянской газеты «Persenveranza» дело заключается в огромном заговоре масонов:

«Великий восток Франции», играя роль центра международного масонства, решил убить испанского и португальского королей. Члены «Великого Востока» поклялись, что Испания и Португалия перестанут быть монархиями, и на месте их будет создана «великая пан-латинская республика» с Францией во главе».[172]

Важность и серьезность этого разоблачение подтверждается тем, что оно было сделано за несколько месяцев до происшедших в Португалии событий, приведших ее к республике.

Теперь во Франции масонство выделило особую «лигу защиты жертв репрессий в Испании», которая по свидетельствам заграничных газет принимала большое участие в истории взрыва бомбы. Нужно заметить, что в настоящее время в Испании у власти находятся «либерал и гуманист» Каналехас, который, следуя обычной масонской тактике, предпринял ожесточенный поход против «клерикализма», совершенно напоминающий эпоху Вальдека-Руссо и Комба во Франции.[173] За это он удостоился получить от масонов следующий благодарственный адрес, приведенный в мадридском журнале «El Universo»:

«Масонские ложи — оплот всех свобод и прогрессивных идей — работающие над сближением братских отношений, долженствующих соединить все народы без различия расы и цвета кожи выражают вам свое восхищение и приветствуют вас. Масонство не может распространять гуманитарные принципы, положенные в его основание, иначе как при полной свободе совести и при цивилизующей терпимости всех убеждений.

Вот почему, ваше превосходительство, мы приглашаем вас продолжать избранный вами путь, не опасаясь последствий борьбы и тогда победа свободы будет обеспечена.

«Великая ложа каталана волеар» от имени всех масонских организаций мира предлагает вам содействие своих всесветных и несокрушимых учреждений».

Не мешает напомнить, что у масонов свобода совести и терпимость, о которых говорится в адресе, проявляются ими в форме фанатических, как мы это уже много раз видели, преследований христианской церкви и мнений, не согласных с масонской программой.

Со вступлением Каналехаса во власть в Испании начались повсюду беспорядки, забастовки и явно выразилось стремление к коренному государственному перевороту, как это всегда бывает при «либеральном» правительстве.

19 сентября 1910 года конвент парижского «Великого Востока» послал испанским масонам следующее приветствие:

«При открытии сессии 1910 года конвент «Великого востока Франции» имеет счастье выразить единодушное сочувствие и пожелание окончательного успеха испанским масонам, с пылкой отвагой борющимся за умственное освобождение и за торжество гражданственности в Испании, будущим мстителям за мученика Ферреро».[174]

Что будет с Испанией завтра, даже пожалуй , «сегодня», мы не знаем, но будем помнить приведенную выше выдержку из газеты «Persenveranza», столь блестяще оправдавшуюся уже относительно Португалии.

Португалия к началу 1910 года была покрыта тайными масонскими обществами, и об этом задолго до происшедшего там государственного переворота писала у нас газета «Биржевые Ведомости», не стесняющаяся открыто выказывать свои симпатии масонству и по-видимому осведомленная в его делах.

«Члены тайных союзов в Португалии, — писала эта газета, как бы гордясь успехами масонства, — образуют группы по четыре человека.

Каждый из этих четырех входит в новую группу. Три группы образуют высшую группу. Во главе стоить верховный совет Члены союза называют друг друга «примо», что означает двоюродный брат. Это приветствие является вместе с тем и условным знаком, по которому республиканцы узнают друг друга.

«Союз, насчитывающий несколько тысяч членов, так искусно организован, что арест за последнее время около ста лиц не привел полицию к сколько-нибудь важным открытиям».[175]

«Новое Время» еще подробнее описывает организацию этого тайного сообщества:

«Союз существует с 1820 года. В начале число его членов было весьма незначительно, но с началом движение 1908 года союз стал дополняться все новыми и новыми единомышленниками… Характерной особенностью этого союза нужно признать его таинственность.

Достигается она следующим образом: все члены союза подразделяются на четыре степени: дровосеков, кандидатов, учителей и профессоров.

«Ателье» (мастерская) представляет собою единицу этого союза и состоит из четырех «дровосеков», из которых каждый знает только своего непосредственного начальника и трех «дровосеков», принадлежащих в тому же «ателье». Четыре «ателье» составляют, «лачугу», четыре «лачуги» — «сарай». Высшей инстанцией является «палата», состоящая из четырех «сараев». Таким образом каждый член этого союза знает только трех своих единомышленников. Ведение всех дел союза лежит на таинственном обществе «Молодая Португалия».

Кто составляет это общество — властям неизвестно. Вновь поступающий в союз приводится в условленное место (обыкновенно на квартиру одного из членов союза) где находится пять-шесть масонов, с ног до головы закутанных в темные мантии. Даже после вступление новичка в союз свидетели его посвящения при нем не снимают мантий, и новичок начинает работать на пользу дела, зная только своего непосредственного начальника и сотрудников по ателье.

«Как открылось во время революция, Люц Альмеида был главарем этой организации, выставившей во время революции армию в сорок тысяч человек».

«Моей главной заботой, — сказал Люц Альмеида корреспонденту, — было привлечете армии. Нам необходимо было иметь армию на своей стороне, а достичь этого было не легко. Когда понемногу среди членов союза оказалось значительное число офицеров, приступлено было к организации отдельных лож для военных. Интересная подробность: имена офицеров-масонов во имя сохранение дисциплины, были совершенно неизвестны солдатам, но принадлежавшие к союзу нижние чины всем безразлично отдавала честь особенным, установленным союзом способом. Изменение было настолько незначительно, что совершенно ускользало от внимания непосвященного и в то же время для офицера, принимавшего участие в союзе, являлось знаком принадлежности к союзу…»

«В настоящее время идея союза приведена в исполнение, но союз далеко не думает о прекращении своей деятельности. Он еще нужен для того, чтобы поддержать молодую, еще не твердо стоящую на ногах республику».[176]

Вспыхнувшая и столь быстро и неожиданно удавшаяся революция в Португалии доказала, что произведшие ее масоны действительно могли гордиться своей организацией в этой стране. На самом деле в португальском «перевороте» собственно народ и войска проявили весьма слабое участие. В этом отношении в высшей степени интересны слова корреспондента газеты «Новое Время» с самого места событий. Он пишет, что на «стороне повстанцев было всего восемьдесят человек солдат… остальные бездействовали. Муниципальная гвардия пробовала защищать короля, но принуждена была сдаться, потому что офицеры оставили солдат. Одною пушкой, поставленной на высотах над площадью Помбаль, можно было бы смести всех революционеров… Однако все разбежались как зайцы, толпа завладела орудиями и, не умея стрелять, палила без толку по своим же или просто по любопытным и прохожим… При всем том революционеры считали свое дело проигранным; адмирал Рейс с отчаяния застрелился… Первым делом временного правительства было принять меры не против контрреволюции, а обезопасить себя против «победоносного народа». Вытребовали батарею, чтобы заставить чернь сидеть смирно, окружили часовыми банки и казначейства, а затем отправили в бессрочный отпуск с сохранением жалования всех солдат, которые принимали участие в восстании. Их правительство боится пуще всего».[177]

Другой корреспондент той же газеты пишет:

«Если внимательно проследить всю историю переворота, то картина даже для профана станет совершенно ясной: весь переворот был задуман и совершен тайным революционным обществом… Когда дворец короля был взять, и молодежь, стоявшая во главе войск, двинулась к зданию министерств, то она нашла уже портфели занятыми»…[178]

Кем произведена португальская революция, видно из слов секретаря антимасонской лиги во Франции Турмантена, который три годи тому назад предупреждал о надвигающихся португальских событиях: 25 Декабря 1907 года в журнале «La Franc-Maconnerie demasquee» он написал статью «Лузитанская республика», в которой изобличал деятельность масонов в Португалии. «Если бы португальский король, — заканчивает Турмантен свою статью, — внимал урокам истории, то он немедленно запретил бы в своем королевстве масонство и все тайные общества.

Этой мерой он мог бы еще спастись, но можно опасаться, что в недалеком будущем Дон-Карлос будет низвергнут, изгнан или казнен, что послужит новым доказательством масонской силы».

Через два месяца после появления этой статьи Дон-Карлос был убит.

Другой смелый антимасон, Луи Дастэ, в своей книге «Marie-Antoinette et le Complot Maconnique», написанной за год до последних португальских событий, предсказывает их с такой же точностью.

Сравнивая французскую революцию 1789 года с назревавшей тогда революцией в Португалии, Дастэ видит, что обе они подготовлялись одинаковым образом, а именно: во Франции до начала революционных вспышек появились целые кипы печатных пасквилей и грязных инсинуаций на королеву Марию-Антуанетту, до тех пор обожаемую народом, с целью набросить на нее тень в глазах ее народа. Этот поток грязи завершился скандальной, историей с ожерельем и наконец достиг своей цели: народ возненавидел ту, которую еще недавно боготворил. А вот что происходило в Португалии в 1908 году: Месяцем раньше убийства короля Дон-Карлоса и его наследника в Лиссабоне появился памфлет, направленный против королевы Амелии и буквально списанный с памфлетов, направлявшихся сто двадцать лет назад против Мария– Антуанетты. Те же грязные обвинения ныне сыпались на португальскую королеву.

«В номере журнала «La Revue» от 1 марта 1909 года в статье «La Journee Portugalise» еврей Финкельгаузен, (псевдоним Jean Finot) говорит, что королева Амелия «душою и телом предана церкви». «Этот слух, — продолжает он, — подымет бурю в Португалии и лишает вдову Дон– Карлоса многих симпатий"(!) Еще за несколько недель до убийства короля Дон-Карлоса издатель «La Revue» писал следующее:

«В Лиссабоне только и было разговоров, что об одной удивительной книжке. Это был роман, или вернее памфлет: «O Marquez de bacalhoa».

Он составлен в форме сочинений, появлявшихся около 1780 года и касавшихся интимной жизни Людовика XVI и Марии-Антуанетты.

Автор приводит разные скандальные эпизоды из жизни Дон-Карлоса и не щадит королевы Амелии. Королю приписывался невероятный разврат, причем все было неимоверно увеличено; рассказывались любовные похождения королевы, являющиеся сплошной ложью и выдумкой».

«Книга сделала свое дело… Слишком поздно спохватились о произведенном этой книгой удручающем впечатлении на народ, Наконец, когда министр Франке решился конфисковать эту книгу и возбудить преследование против автора и издателей, — это только больше возбудило интерес к грязной книге, и цена нее вскоре возросла до невероятных размеров. Таким образом клевета крепко пустила свои корни, и о королевских скандалах шептались все и в столице и в провинции».

«Республиканцы ликовали. Они сравнивали это с известного рода литературой, процветавшей в дореволюционный период во Франции, и делали из этого очень благоприятные для себя выводы. «La Revue», стр.14, 15).

Другое место из «La Revue» дает нам характеристику этих португальских «республиканцев»:

«Из монархического хаоса, — пишет Финкельгаузен, — есть только один выход — республика. Недавно меня посетил один из представителей португальской республиканской партии, Магальхаес Лима, который заявил мне, что республика в Португалии неизбежна.

«Монархия себя доказала, — – радостно продолжал он, — подумайте о 75 % неграмотных среди нашего населения, о неудачах со всех сторон…

Мы изменим режим, в с новыми политическими условиями мы дадим нашей нации новую душу» (стр. 22).

Одного г. Финкельгаузен не договаривает: — что Магальхаес Лима состоит великим мастером «Великого востока Португалии».

Вот где секрет португальских «республиканцев», поклонников французских масонов-убийц 1789-93 годов!

«В португальском масонском журнале «L'Action», (в № от 10 апреля 1909 г.) «республиканцы» даже начали перепечатывать вышеупомянутую грязную книгу. Теперь понятна их циническая радость после быстрого успеха гнусной клеветы на королеву! Теперь понятно их ликование после злодейского убийства короля Дон-Карлоса; все эти «республиканцы» сорвали с себя маску; они повинуются масонству. В Португалии, как и во Франции, революция — это масонство с его потоками крови и грязными памфлетами!»

Вот что писал французский патриот за год до португальской революции![179]

По словам корреспондента «Нового Времени», президент португальской республики Теофил Брага «такой же масон и позитивист», как и Лима.[180]

Очевидно, что настоящий заговор был организован, подготовлен и выполнен не народом португальским, не вследствие назревших якобы нужд, не порывом воодушевление, не во имя великих идей. Нет. Португальская революция была подготовлена, организована и произведена масонством.

Неужели никого не поразило равнодушие народных масс к совершившемуся перевороту? Неужели никого не поразил антихристианский характер португальской революции, предавшей христианских монархов и монархинь мученической смерти? Неужели никого не поразило открытое выступление масонов в торжественном шествии в честь убитых республиканцев? Масоны, по словам «Нового Времени», шествовали «с лентами через плечо и со своими значками, а на площади глава масонов произнес речь».[181]Все это глубоко знаменательно и должно было бы заставить беспристрастных людей призадуматься!

XIV

Как оказывается, и турецкая, и персидская современные смуты не обошлись без участие масонства. Сами масоны не только не скрывают того, что турецкая революция была произведена ими, но и сообщают об этом не без своего рода кичливости.

«По возвращении своем из Турции г. Милюков откровенно переименовывал масонские ложи, подготовлявшие в Салониках государственный переворот, и давал наставления, как надлежит действовать и у нас. А теперь и «Русское Слово» не считает нужным молчать и торжественно воспевает доблести масонов в Турции В одном из последних номеров (11 июля) газета посвящает им целую статью под заглавием «Масоны в Турции». Специальный корреспондент телеграфирует из Салоник, что Турция обязана масонам введению конституционного режима. И в настоящее время открыто установилась связь между младотурецким правительством и иностранными масонами… По сведениям того же корреспондента в Салониках действует уже семь масонских лож, тогда как в начале 1909 года по сведениям г. Милюкова их было только четыре. Это указывает, как быстро растет в Турции засилье масонов».[182]

Что революция в Турции произведена масонами, доказывается еще тем, что члены турецкой миссии, будучи в Париже, прежде всего поспешили сделать визит «Великому Востоку Франции».

«Турмантен напечатал в «L’Eclair » подробный отчет заседание «ложи Вольтера», на котором присутствовала турецкая миссия, генерал Шурки-Паша, полковник Руфик-Бей, подполковник Фанк-Бей, директор оттоманских таможен и другие представители турецкого официального мира. На собрании член турецкого посольства засвидетельствовал, что масонство могущественным образом поспособствовало турецкой революции и что сейчас все интеллигентные элементы империи состоят членами многочисленных в Турции масонских лож. Следующий оратор, профессор медицинского училища в Тегеране, доктор Жюль Комб сделал доклад о тегеранской ложе, действующей по его словам, подобно русским ложам, секретно впредь до изменения обстоятельств. Эта тегеранская ложа по признанию Комба одна совершила персидскую) революцию. В заключении своей речи оратор выразил надежду, что турецкое правительство не откажет в своей поддержке персидским масонам, а турецкий военный атташе немедленно же успокоил Комба, что высокая порта не преминет поддержать «братское нам персидское масонство».

По поводу этих разоблачений парижский корреспондент «Петербургских Ведомостей» приводит даже повестку, которая была разослана членам ложи перед заседанием. Вот эта повестка:

Ложа Вольтера..

Секретариат.

116. ул. Лекурб.

Париж, 16 июня 1910.

Конфиденциально.

Экстренно.

Очень дорогой брат,

Л. Вол. получит завтра, в пятницу, в торжественном заседании своем визит членов турецкой дипломатической миссии, принадлежащей к нашей великой семье.

Вы сим настоятельно приглашаетесь, усилить своим присутствием блеск этого братского празднества.

Так как делегация имеет в своем составе несколько офицеров, то члены нашей ложи, принадлежащие к армии, благоволят пожаловать в полной военной форме.

Рассчитываю на преданность и деятельность всех и каждого.

С чувством братской преданности, Э. Паскье.

Секретарь Г. Ролланден.[183]

Захвативший в свои руки власть комитет «Единение и прогресс» состоит почти исключительно из масонов салоникских и Парижских лож.[184]

«Times» пишет: «Как известно комитет «Единение и прогресс» сперва ютился в масонских ложах в Салониках… Именно масонским наводнением в Турции объясняется распространенность и популярность среди турок слов: «клерикализм», «реакция»; не сходящих с уст младо– турецких деятелей и со столбцов младо-турецкой печати».[185]

Талаат-бей, по словам газеты «Berliner Tageblat», великий мастер масонской ложи; Джавид-бей и Галадшиан тоже масоны.[186]

Со своими политическими противниками комитет расправляется чисто по-масонски. В июне 1910 года комитетом убит из-за угла редактор оппозиционной младо-туркам газеты Самин-Бей.

Самин-Бей был яростным врагом комитета «Единение и прогресс». С ним пытались войти в соглашение(!), но, видя бесполезность попыток, комитет решил избавиться от влиятельного врага. Накануне своей смерти Самин-Бей получил письмо, где ему угрожали смертью, если он будет продолжать свои нападки на комитет «Единение и прогресс».[187]

Убийцею Самин-Бея был турецкий офицер, переодевшийся в штатское платье. Он убил редактора газеты «Садай-Милет», по приказанию комитета «Единение и прогресс».[188]

Здесь пожалуй будет кстати упомянуть об отношении некоторых к сожалению «русских» общественных деятелей к младо-турецкому правительству. В качестве председателя Государственной Думы А.И. Гучков вместе с профессором Бехтеревым,[189]как известно, отправились в Константинополь, где младо-турки чествовали их с необычайной помпой.

«Рискуя навлечь на себя громы и молнии Меньшикова, — заявил г.Гучков по своем возвращении, — я все же не скрываю своих искренних симпатий к младо-туркам. В Турции произошла значительная перемена к лучшему. Государственный строй реформируется там на началах свободы и права. Конституция укрепилась прочно»[190]и т. д.

Но особенно при этом было «странно», что на завтраке, данном президентом младо-турецкой палаты Ахмед-Ризой в честь г. Гучкова, присутствовал русский императорский посол г. Чарыков.

Из речи Жюля Комба при приеме масонством младо-турецкой депутации видно также, что и к персидской смуте масонство не беспричастно. Для низвержения шаха масонство наняло «товарища» Ефрема, который после восстание положил в английский банк в Тавризе «круглую сумму денег».[191]


0847688158169913.html
0847709514746278.html
    PR.RU™