Икона: смыслы, история развития, особенности художественного языка.

Икона и картина.

? студентам: чем, по Вашему мнению, отличается картина от иконы, та картина, которая написана на религиозную тему, например, картина А.А. Иванова «Явление Христа народу» или Мадонны Леонардо да Винчи, или картина Тициана «Кающаяся Мария Магдалина»? Должна ли картина призывать человек к молитве, а икона? Ответ на этот вопрос поможет нам понять особенность предназначения икона, ту особенность, которая определит и её художественный язык.

«К чисто каноническим требованиям должно быть отнесено непременное отсутствие на православных иконах черт чувственной, плотской привлекательности, которые можно наблюдать на картинах итальянских и испанских мастеров, например, Рафаэля…Относящие сюда 100-е правило VI Вселенского Собора (680 г.) гласит: «Изображения на досках, или на ином чём представляемые, обаяющие зрение, растлевающие ум, и производящие воспламенение нечистых удовольствий, не позволяем отныне, каким бы то ни было способом начертавати». В контраст с этим соборным правилом могут быть поставлены, например, Иоанн Креститель Леонардо да Винчи,… и Св. Семейство «с собачкой» Мурильо - … это образ похоти».

«Икона ничего не изображает, она являет. Она есть явление Царства Христова, явление преображённой, обожженной твари, того самого преображенного человечества, которое в своём лице явил Христос».

Л. Успенский: «Икона есть образ человека, в котором реально пребывает опаляющая страсти и все освещающая благодать Духа Святого. Поэтому плоть его изображается существенно иной, чем обычная, телесная плоть человека. Преображенный благодатью образ святого, запечатленный на иконе, - есть само подобие Бога, образ богооткровения…»

В.Н. Лосский назвал икону «началом созерцания лицом к лицу», кн. Е. Трубецкой говорит, что не мы смотрим на икону, - икона смотрит на нас. «К иконе надо относиться не как к произведению искусства, а как к особе высочайшей: было бы дерзостью заговорить с ней первым, нужно стоять и терпеливо ждать, когда она соизволит заговорить с нами» (4, с. 5).

Преподобный Иоанн Дамаскин: «Икона есть видимый образ невидимого».

«Икона – это воплощённая молитва. Она создаётся в молитве и ради молитвы, движущей силой которой является любовь к Богу, стремление к нему как к совершенной Красоте. Поэтому икона вне Церкви в подлинном смысле существовать не может. Как одна из форм проповеди Евангелия … она есть составляющая часть Богослужения так же, как и церковное пение, архитектура, обряд» (4, с. 6).

Различается и отношение (требования, оценка) к художнику и иконописцу. Если для живописца важно авторское самовыражение, уникальность и неповторимость творческого наследия, то для иконописца (зачастую монаха) – смирение и отказ от подчёркнутой личностной идеи ради того, чтобы стать проводником Божией воли, устами откровения. «…монах в келье – снимает луковичную шелуху индивидуальности для полноты сопряжения с Богом, очищает пути Господней истине, чтобы она говорила сама» (4, с.3). Самое опасное для иконописца, по мнению архимандрита Зинона, подмена соборности искусства Церкви самовыражением личности.



История возникновения.

Слово «икона» восходит к греческому «ei¢kwn» - «ейкон», что означает – образ. Не случайно в русской речи иконы называли образа¢ми.

Существуют христианские легенды о происхождении икон.

Согласно Преданию, прижизненное изображение Спасителя возникло чудесным образом для оказания помощи страждущему человеку. Христос, умыв лицо, отерся чистым платом (убрусом), на котором отобразился Его лик, и отослал этот плат больному проказой малоазийскому царю Авгарю в город Эдессу. Исцелившийся правитель и его подданные приняли христианство, а Нерукотворный Образ был прибит на «доску негниющю» и помещён над городскими вратами. Когда один из потомков царя вернулся к язычеству, плат был замурован. Открытый через столетия, Нерукотворный Образ сохранился полностью, причем на внутренней стороне ниши возникло еще одно изображение лика Спасителя. Таким образом, в соответствии с Преданием, возникают два типа изображения Нерукотворного Спаса: на убрусе – на плате – и на чрепии – на черепице, на камне.

Одна легенда о возникновении Образа Христа происходит из среды францисканских монахов: во время крестного пути Спасителя на Голгофу женщина по имени Вероника отерла Его лицо платом, на котором отпечатался Божественный лик. Иконы этого типа получили название «Плат Вероники», на них Христос изображен в терновом венце.

Первые иконы были написаны евангелистом Лукой. Это были прижизненные изображения Богородицы. Сама Божия Матерь, по Преданию, сообщила иконам благодатную и таинственную силу, произнеся слова: «С сим образом благодать Моя и сила да пребудут».

Искусствоведы прослеживают «художественную биографию» иконы от фаюмского портрета, называя его протоиконой. Фаюм – оазис в восточной римской провинции (Египет). Позднеримские портреты писались в технике энкаустики (восковыми красками), кроме того, фаюмские портреты писались на золотом фоне. «Это небольшие дощечки с написанными на них лицами умерших людей, их клали на саркофаги при погребении, чтобы живущие сохраняли связь с ушедшими. Действительно, фаюмские портреты обладают удивительной силой – с них смотрят на нас выразительные лица с широко раскрытыми глазами. И на первый взгляд сходство с иконой значительно. Но значительно и различие. И оно касается не столько изобразительных средств … сколько внутренней сущности того и другого явления. Погребальный портрет написан с целью удержать в памяти живых портретные черты близкого человека, ушедшего в иной мир. Это всегда напоминает о смерти, её неумолимой власти над человеком, чему сопротивляется человеческая память, хранящая облик умершего. Фаюмский портрет всегда трагичен. Икона же, напротив, всегда свидетельствует о жизни, её победе над смертью. Икона пишется с точки зрения вечности. Икона может сохранять некоторые портретные характеристики изображённого – возраст, пол, социальное положение и проч. Но лицо на иконе – это лик, повёрнутый к Богу, личность, преображённая в сете вечности. Суть иконы – пасхальная радость, не расставание, а встреча. И икона в своём развитии двигалась от портрета – к лику, от реального и временного – к изображению идеального и вечного» (9).



Икона как сакральный текст и особенности его прочтения.

Икону в контексте христианской культуры следует рассматривать как сакральный текст и, следовательно, для правильного его прочтения необходимо владеть навыком чтения такого текста. Икона, отражая духовный мир, а не земной, пишется по особым правилам, не тем, что пишется окружающий мир в картинах. Понимание символического языка иконы поможет приблизить к пониманию и смыслов, заключённых в этих текстах.

Лик в иконе: лики Христа, Богородицы, святых подчёркивали их неземной характер, тонкие, как бы бесплотные губы, высокий лоб, бесстрастное выражение лица, преувеличенно большие глаза («Спас Нерукотворный – Новгород, XII в., «Ангел Златые власы» - Новгород, XII в.) «Начиная с рублёвского времени глаза не пишут столь преувеличенно крупными, но, тем не менее, им уделяется всегда большое внимание. … У Феофана Грека некоторые столпники изображаются с закрытыми глазами или вовсе без глаз. Этим художник подчёркивает значение взгляда, направленного не вовне, а внутрь, на созерцание божественного света. Таким образом, мы видим, какое значение имеют глаза в иконописном изображении. Глаза определяют лик» (9).

Фигуры в иконе: «Тела на иконах имеют удлинённые пропорции (обычное соотношение головы и тела 1:9, а у Дионисия достигает 1:11), что является выражением одухотворённости человека, его преображённого состояния». «Икона допускает искажение пропорций, иногда деформирует тела, но эти «странности» только подчёркивают приоритет духовного над материальным, утрируя иноприродность преображённой реальности, напоминая, что тела суть храмы и сосуды» (9). Размеры фигур определяются не их пространственным положением, а религиозным значением. Поэтому фигуры Христа, Богоматери могут превосходить по размерам фигуры апостолов или пророков.

Символика цвета (цвет не является средством колористического построения иконы, он имеет символическую функцию):

· Золотой занимает в иерархии цветов первое место. Это одновременно цвет и свет, обозначает сияние Божественной славы, в котором пребывают святые, это свет нетварный, не знающий дихотомии «свет – тьма». Золото как самый драгоценный метал на земле служит выражением наиболее ценного в мире духа. Золотой фон, золотые нимбы святых, золотое сияние вокруг фигуры Христа, золотые одежды Спасителя и золотой ассист на одеждах Богородицы и ангелов – всё это служит выражением святости и принадлежности к миру вечных ценностей. С утратой глубинного понимания смысла иконы золото превращается в декоративный элемент и перестаёт восприниматься символически. Золото не только символизировало Божественный свет, но и создавало мистическую мерцающую среду – не плоскость и не пространство, а нечто зыбкое, эфемерное, колеблющееся между тем и этим миром. Озарённый трепетным пламенем лампады или свечи, священный образ то выступал из этого фона, то снова как бы отодвигался за ту черту, куда нет доступа смертным.

· Красный символизирует огонь Духа, которым Господь крестит избранных Своих (ЛК. 12.49; Мф. 3.11). Красный цвет в одеждах мучеников - символ крови и огня, приобщение жертве Христовой. Кроме того, в русском языке слово «красный» означает «красивый», поэтому красный фон также ассоциировался с нетленной красотой Горнего Иерусалима. Красный цвет - это и цвет царственности (императорский пурпур). Понять, в каком из значений употреблён цвет как знак, поможет контекст.

· Зелёный символизирует вечную жизнь, вечное цветение, это также цвет Святого Духа, цвет надежды.

· Охра, жёлтый фон – цвет наиболее близкий по спектру к золотому, является подчас просто заменой золотому, как напоминание о нём.

· Белый цвет – соединение всех цветов, символизирует чистоту, непорочность, причастность божественному миру. Он является одновременно цветом и светом (например, в композиции «Преображение» одежды Христа – «одежды Его сделались блистающими, весьма белыми, как снег, как на земле белильщик не может выбелить», Мк,9.3).

· Чёрный цвет противостоит белому, употребляется в иконописи редко. Он символизирует ад, максимальную удалённость от Бога.

· Сочетание цветов также символично – красный и синий. Эти цветами пишутся одежды Спасителя, в них выражается тайна Боговоплощения. Красный символизирует земную, человеческую природу, кровь, жизнь, мученичество, страдание, но одновременно это и царский цвет (пурпур); синий цвет передаёт начало божественное, непостижимость тайны, глубину откровения. В Иисусе Христе эти противоположные миры соединяются, как соединены в Нём две природы, божественная и человеческая, ибо Он совершенный Бог и совершенный Человек. Цвета одежд Богоматери те же.

«Цвет в живописи, по словам Иоанна Дамаскина, влечёт к созерцанию и, как луг, услаждая зрение, незаметно вливает в мою душу божественную славу».

Пространство и время иконы строятся по своим определённым законам, отличным от законов реалистического искусства и нашего обыденного сознания:

· Время. Икона пишется с точки зрения вечности, поэтому в ней могут быть совмещены разновременные пласты. Например, в иконе «Усекновение головы св. Иоанна Предтечи» нередко изображается дважды голова Крестителя; на его плечах и на блюде. Это не означает, что у пророка две головы, это значит то, что голова существует как бы в разных временных и смысловых ипостасях: голова на блюде – символ жертвы Предтечи, прообраз жертвы Христа, голова на плечах – символ его святости, целомудрия, правды в Боге («не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить», Мф. 19.28). Отдав себя в жертву, Иоанн Креститель остаётся неповреждённым.

· Пространство. «Обратная перспектива». Икона особым образом ориентирована на человека. Её перспектива, условно называется обратной, имеет точку (или точки) схода не внутри изображения, а, наоборот, перед ним, в том месте, где находится созерцающий, точнее в его сердце. Каждый предметнее не сужается, а расширяется к удалённому концу. Иконописец соединял в смотрении на предмет разные точки зрения. Например, здания, находящиеся в правой части иконы, написаны так, как они видны наблюдателю, смотрящему слева, такие же здания, находящиеся в левой части, переданы с позиции правого наблюдателя. «Прямая перспектива эпохи Возрождения и нового времени уводила зрителя в глубину картинного пространства, удаляла от него изображаемое, в то время как обратно-перспективное построение пространства на иконах приводило к ощущению «наплыва» изображённого пространства на зрителя, он как бы становился соучастником происходящего на иконе» (Б.В. Раушенбах. Геометрия картины и зрительное восприятие. М.: Интерпракс. 1994, с.209).

Иконостас – типично русское явление, византийская церковь не имела иконостаса. В древности в храмах были лишь низкие алтарные преграды, на которые ставили две иконы – Христа и Богородицы. Со временем число икон возрастало. К XV в., времени Андрея Рублёва, на Руси были иконостасы в три яруса, к XV - XVII вв. их стало пять. Были попытки и далее увеличивать количество рядов, но всё-таки традиционно принятым в русском православном храме считается пятиярусный иконостас. Для человека непросвещённого иконостас может показаться нагромождением икон, однако, это не так. Иконостас – не хаос, а космос, т. е. гармония смысла и красоты. Рассмотрим символический смысл системы пяти рядов иконостаса.

Иконостас строится ярусами; в древнерусской терминологии ряд называется «чином»:

местный чин – первый, самый нижний, содержит местночтимые иконы. Однако часть икон этого ряда закреплена общей традицией и встречается в любом храме. В центре – Царские врата – символ входа в Царство Божье. Царство Божье открыто нам через Благую весть, поэтому на Царских вратах дважды изображается благовещенская тема: Сцена Благовещения с Девой Марией и Архангелом Гавриилом, а также четыре евангелиста, благовествующие миру. Справа от Царских врат расположена икона Спасителя, слева – Богородицы. Икона, следующая после образа Спасителя, изображает святого или праздник, в честь которого данный храм назван.

деисисный чин (или, по-другому деисусный) – (от греч. слова деисис – моление). В нём заключена главная тема иконостаса – моление всей Церкви ко Христу; моление, которое происходит сейчас и которое завершится на Страшном суде. В центре икона «Спас в силах», представляющая Христа как грозного Судию всего мироздания. Справа и слева Ему предстоят святые и силы небесные: справа – Богоматерь, слева – Иоанн Предтеча. Далее – слева – напротив Богородицы архангел Гавриил (повтор схемы Благовещения), справа – архангел Михаил. Расположены святые попарно – справа и слева, создавая и композиционную и смысловую целостность: апостолы Пётр и Павел; св. отцы, созидатели Церкви – Василий Великий и Иоанн Златоуст; представители поместной церкви, например, в московских храмах – святители Пётр и Алексий. Затем могут быть изображены святые, подвижники, преподобные и т. д., в зависимости от заказа, от размеров храма.

праздничный чин – назван так, потому что содержит иконы, прежде всего двунадесятых праздников, т. е. основных праздников церковного года, рассказывающих о земной жизни Христа и Богоматери: «Рождество Пресвятой Богородицы», «Введение Богородицы во Храм», «Рождество Христово», «Крещение/Богоявление», «Сретение Господне», «Вход Господень в Иерусалим», «Благовещение Пресвятой Богородицы», «Воскресение Христово», «Вознесение Господа Иисуса Христа», «Пятидесятница / Сошествие Св. Духа на апостолов» (иногда вместо этой иконы помещают образ св. Троицы), «Преображение», «Успение Пресвятой Богородицы». Часто в праздничный чин ряд включают «Крестовоздвижение», «Воскрешение Лазаря», «Распятие», «Покров Пресвятой Богородицы» и др. иконы.

пророческий чин – в него включены пророки Ветхого Завета. Обычно их изображают со свитками их пророчеств. В центре чина икона «Богоматерь Знамение», в данном контексте образ Богоматери предстаёт как символ всех пророчеств.

праотеческий чин – в нём представлены ветхозаветные праотцы, отцы веры – Авраам, Исаак, Иаков, Ной и т. д.

Завершает иконостас образ Голгофы – Крест с распятым на нём Спасителем и предстоящие Богоматерь и Иоанн Богослов. Голгофа – вершина мира, центр мироздания, где соединилось земное и небесное через жертву Иисуса Христа – Сына Божьего и Сына Человеческого.

В иконостас вместилась вся Библия – Ветхий и Новый Завет, история Церкви в лице её святых, а также история вселённой от её сотворения до конца, до второго и славного пришествия Господа Иисуса Христа.


0440488745188374.html
0440518140811575.html
    PR.RU™